
Лес умеет молчать. Это его главная хитрость — он поглощает звуки, запахи, следы. Туристы, которые ушли по тропе у Линдон-парка, тоже как будто растворились в этой тишине. Без следов. Без прощальных записок. Журналисты, взявшиеся восстановить картину произошедшего, поначалу находят вполне логичное объяснение: где-то в этих чащобах живёт нелюдимый человек по имени Хьюго. Местные давно перешёптываются — говорят, странный, говорят, лучше обходить стороной. Версия складывается сама собой. Почти складывается. Единственная выжившая — Лиза. Она говорит охотно, почти слишком охотно, и история её звучит жутко, но... гладко. Подозрительно гладко. Чем глубже журналисты копают, тем больше деталей не сходится. Там, в глуши, существует какой-то бизнес — «Джерки Отшельника», продукт с нехорошей репутацией в очень узких кругах. Откуда берётся сырьё — вопрос, на который никто не спешит отвечать. Запах старой фермы, крюки под потолком, тишина, в которой слышно собственное дыхание — всё это постепенно собирается в картину, от которой хочется выйти и глотнуть воздуха. Но знаете что самое страшное? Не Хьюго. Самое страшное — это то, что Лиза, возможно, знает куда больше, чем рассказывает. И улыбается при этом совершенно спокойно. |