
Вокзальная площадь в разгар дня — сотни людей, обычная суета, ничего не предвещающего беды. Через несколько минут здесь будет бойня: человек с ножом бросается в толпу, и один из выживших навсегда запомнит звук, с которым лезвие входит в ткань куртки соседа. Сюдзи остаётся в живых почти случайно. Полиция быстро называет виновного — тот умирает прямо на месте, дело вроде бы закрыто. Но в больничной палате, где ещё пахнет антисептиком и слышен писк мониторов, у койки Сюдзи появляется незнакомец с холодным, будто отрепетированным предупреждением: у него есть десять дней. Десять дней — не образ, не метафора, а конкретный срок, отмеренный кем-то, кто знает больше, чем говорит полиция. Почти сразу Сюдзи снова становится мишенью, и спасает его детектив, привыкший не доверять официальным версиям. К делу подключается бывший тележурналист — человек с репутацией и связями, готовый спрятать беглеца там, где его не найдут. Что за механизм запущен этим нападением, кто дёргает за нити и почему счёт идёт на дни — вот вопросы, которые город пока не готов задать вслух. Часы уже тикают. |