
Пустыня не прощает слабых. Она их просто поглощает — бесшумно, равнодушно, как будто их никогда и не было. Арракис живёт по своим законам, древним и беспощадным, и чужаку здесь не выжить без проводника, без знания, без удачи. А лучше — всего понемногу. Пол Атрейдес начинал здесь как чужак. Теперь — нет. Фремены приняли его. Не сразу, не легко — доверие в пустыне зарабатывается иначе, чем в дворцовых залах. Слова стоят мало. Поступки — всё. Когда он укротил песчаного червя — огромное, почти мифическое существо, от одного рёва которого земля дрожит — что-то изменилось. В глазах соплеменников, в их отношении, в том, как они произносят его новое имя: Муад'диб. Рядом — Чани. Женщина, которая с самого начала видела в нём то, чего другие не замечали. Их история — не из тех, что рассказывают детям на ночь. Слишком много боли, слишком много нерешённого между ними. Но пустыня сближает людей быстро — или разлучает навсегда. Харконнены не ждут. Они давят, уничтожают, диктуют. Планета стонет под их властью, и фремены помнят это каждый день. Пол видит впереди войну — видит буквально, в своих снах и видениях, от которых просыпается в холодном поту. Он хочет её остановить. Но можно ли остановить то, что уже запущено? Чем дальше — тем больше сомнений. Тем тяжелее груз имени пророка. Тем меньше времени на раздумья. |