
Элиста, 1988-й. Жара, пыль, провинциальная больница, где каждый день похож на предыдущий. Молодой врач Кирсан Аюшев принимает очередных маленьких пациентов — и вдруг что-то щёлкает в голове. Симптомы странные, нелогичные. Ничего не сходится с привычными диагнозами. У него возникает мысль — та самая, о которой в СССР говорят только шёпотом, если вообще говорят. ВИЧ? Тут, в Калмыкии? Да быть такого не может! Коллеги отмахиваются, мол, накручиваешь себя, паникёр. "В Советском Союзе такого не бывает" — железобетонная аксиома, которую нельзя подвергать сомнению. Но Аюшев — упрямый. Тайком, рискуя всем (а это не шутки — карьерой, репутацией, может и свободой), отправляет анализы в Москву. Ждёт как на иголках. И вот приходит ответ. Гром среди ясного неба: положительно. ВИЧ. Здесь. Сейчас. Впервые. Из столицы срочно командируют эпидемиолога Гончарова — специалиста по "экзотическим" болезням. Вдвоём они начинают копать глубже, и картина становится всё страшнее. Сколько заражённых? Как распространялось? Кто виноват? А руководство больницы давит: "Не позорь учреждение!", "Где твои доказательства?", "Это всё ошибка лаборатории!" Только вот ошибка — это как раз молчать, когда речь идёт о жизнях детей. И двум врачам предстоит сражаться не только с вирусом, но и с системой, которая предпочитает закрывать глаза на неудобную правду. |