
Развод — штука, которая переворачивает жизнь вверх дном, а если добавить сюда ещё и финансовый крах, то получится настоящий шторм, из которого не всякий выберется с высоко поднятой головой. Аманде пришлось хлебнуть и того, и другого разом. Ещё вчера она купалась в комфорте фешенебельного Чизика — с его ухоженными газонами, дорогими бутиками и соседями, для которых слово «бюджет» звучит как ругательство, — а сегодня приходится собирать чемоданы и переезжать в Харлсден, район куда более простой и не всегда приветливый к чужакам. Знаете, как это бывает: привыкла жить на широкую ногу, а тут вдруг приходится считать каждый фунт и лихорадочно соображать, где бы подзаработать. Детей тоже пришлось выдернуть из элитной школы — подростки и без того народ colючий, а тут ещё смена обстановки, новые лица, чужие правила игры. Переходный возраст плюс переезд — это всё равно что подлить масла в костёр: истерики, хлопанье дверьми, обиды на пустом месте. А местные жители встречают новенькую совсем не с распростёртыми объятиями — Аманда для них чужачка, которая ещё вчера смотрела на них свысока, а теперь вынуждена вариться с ними в одном котле. Приходится с нуля выстраивать отношения с соседями, искать работу, хоть отдалённо напоминающую её прежний уровень жизни, и одновременно разгребать бытовые неурядицы, которые раньше решались одним звонком помощнице. Ситуацию усложняет властная мать Фелисити — она из тех женщин, что привыкли командовать парадом и не упускают случая напомнить дочери о её промахах. Разговоры с ней — это отдельное искусство лавирования между обидой и уважением. Постепенно, шаг за шагом, спотыкаясь и снова поднимаясь, Аманда учится жить заново: без прежнего лоска, зато с куда более честным взглядом на то, что действительно важно. Получается смесь горькой иронии и настоящей человеческой теплоты — там, где казалось бы, только руины, вдруг прорастает что-то живое. |