
Пятьдесят лет — это не старость. Но и не та лёгкость, с которой позволяешь себе глупости. М. это знает. Знает — и всё равно. Она преподаёт литературу. Годами объясняет студентам, как работает страсть в текстах — Флобер, Толстой, все эти обожжённые персонажи, которые теряют голову и платят за это сполна. Анализирует. Разбирает по косточкам. А потом в коридоре университета появляется Владимир — моложе на двадцать лет, с какой-то особенной магнетической повадкой, с запахом хорошего табака и той уверенностью, которая бывает только у людей, привыкших нравиться — и что-то в ней начинает давать трещину. Сначала это просто... интерес. Профессиональный почти. Он писатель, она литературовед — есть о чём поговорить. Всё вполне прилично. Но есть такая штука — чем сильнее убеждаешь себя, что всё под контролем, тем быстрее этот контроль уходит. Как песок сквозь пальцы. Она замужем. Муж — тоже коллега, заведующий кафедрой, человек со своей историей и своими, скажем так, грехами молодости, которые теперь всплывают в самый неподходящий момент. Факультет гудит. Дома — напряжение, которое уже не назвать обычной усталостью. И в этот момент — Владимир. То, что начинается как лихорадка, постепенно превращается во что-то куда более разрушительное. Одержимость — слово некрасивое, но точное. М. умная женщина. Она это понимает. Понимает — и не останавливается. Чем всё это кончится — догадаться несложно. Но как именно, какой ценой и что от неё останется в конце — вот это уже другой вопрос. |